.jpg)
В оккупированном Крыму российские власти продолжают превращать школу в инструмент пропаганды и формирования лояльности к государству-оккупанту. На закупку более 146 тысяч новых учебников по истории и обществоведению для крымских школьников выделили более 43 миллионов рублей.
Как сообщил подконтрольный Кремлю глава оккупационной администрации Крыма Сергей Аксенов, учебники по истории предназначены для учащихся 8-9 классов, а по обществоведению - для 9-10 классов. По его словам, закупка должна полностью обеспечить потребности крымских школ в учебной литературе.
Аксенов заявил, что новые учебники помогут педагогам формировать «личность гражданина и патриота». В условиях оккупации Крыма эта формулировка приобретает особое значение: российские власти используют образование для навязывания украинским детям российской идентичности, исторических мифов и кремлевского видения войны против Украины.
Особое внимание привлекают учебники по обществоведению. Главным редактором новой российской линейки учебников стал заместитель председателя Совета безопасности РФ Дмитрий Медведев — один из самых откровенных сторонников российской агрессии против Украины.
По данным российских источников, Медведев лично работал над текстом учебника, а его предложения и замечания были учтены при подготовке издания.
Анализ учебника для 9-го класса указывает, что российская пропаганда в нем не ограничивается непосредственным описанием войны. Напротив, тема войны упоминается сравнительно мало, однако кремлевские нарративы встроены в более широкое изложение истории, политики и общества.
В частности, на карте в учебнике Херсон показан как часть России. Донецкая и Запорожская области также изображены полностью в составе РФ — включая территории, которые российская армия даже не контролирует.
.jpg)
То есть, школьники фактически получают не описание реальности, а картину мира, которую Кремль хотел бы навязать обществу.
В учебнике Украина описывается традиционными кремлевскими пропагандистскими штампами. В частности, речь идет о «неонацистах» и «агрессивно-националистическом режиме».
При этом российское вторжение называется привычной для российской пропаганды аббревиатурой СВО.
Это показательный момент: пропаганда работает не только из-за прямого оправдания войны. Она формирует систему понятий, в которой Россия выступает защитником, Запад — угрозой, а оккупация украинских территорий преподносится якобы законным и уже осуществленным фактом.
Россию при этом характеризуют как «лидера нового миропорядка».
Отдельный раздел учебника посвящен информационной войне и «фейкам». Учащимся объясняют, как нужно отличать достоверную информацию от ложной.
Однако среди наиболее надежных источников информации фактически выделяются государственные структуры и официальные российские медиа.
Таким образом, детям не просто дают знания об информационном пространстве, им фактически задают готовую систему координат: кому можно доверять, а какие источники следует воспринимать как враждебные или недостоверные.
В учебнике также «цветные революции» в Украине, Грузии и Кыргызстане представляются в качестве примеров захвата власти противником без непосредственного использования армии.
Все это формирует у школьников представление о внешнем мире через российскую государственную оптику с постоянным противопоставлением «России» и «Запада» и оправданием агрессивной политики Кремля.
Для оккупированного Крыма появление таких учебников имеет особое значение. После захвата полуострова Россия последовательно заменила украинскую систему образования на русский, изменила учебные программы и ввела собственную систему «патриотического воспитания».
Теперь этот процесс дополняется массовым распространением обучающей литературы, в которой детям навязывается российская версия истории и современности.
Особенно опасно то, что пропаганда встраивается не в отдельные агитационные мероприятия, а непосредственно в учебные предметы. История и обществознание должны формировать у детей способность анализировать общественные процессы и критически оценивать информацию. Российская система образования использует их для формирования политически удобной картины мира.
В Крыму это часть более широкой политики милитаризации и русификации детей. Школьные уроки, «патриотические» мероприятия, военно-патриотические организации, подготовка к службе в русских силовых структурах и пропагандистские учебники работают как элементы одной системы.
Фактически Россия пытается приступить к формированию нужной ей идентичности с детства — еще до того, как ребенок сможет самостоятельно оценивать события и источники информации.
И теперь более 146 тысяч таких учебников должны попасть в крымские школы за деньги российского бюджета.
Таким образом, в школах оккупированного Крыма детям фактически навязывают российскую государственную картину мира, где политическая лояльность, патриотизм и готовность служить государству становятся частью образовательного процесса. История и обществоведение в такой системе превращаются из инструментов развития критического мышления в средства формирования нужной Кремлю идентичности.