
Похищение севастопольца Сергея Грищенкова побоялись признать незаконным. В Гагаринском "суде" Севастополя отказали в иске родственникам похищенного, требовавшего от ФСБ и военной прокуратуры действовать в соответствии с хотя бы российским законодательством.
Об этом сообщает инициатива "Трибунал. Крымский эпизод"
Родственники требовали обязать силовые органы действовать по меньшей мере в пределах российского законодательства и предоставить информацию о местонахождении и процессуальном статусе мужчины. Однако суд отказал во всех требованиях и поспешно закрыл производство, не позволив заявителям подать ни одного ходатайства.
По словам дочери Грищенкова, судебное решение основывалось исключительно на письменных возражениях ответчиков, фактически не касавшихся предмета иска. Узнав, что семья оспаривает незаконное лишение свободы и бездействие военной прокуратуры, оккупационные органы заполнили свои возражения цитатами из закона об обращении граждан, хотя их никто не обвинял в нарушении именно этого закона.
Наличие видеозаписи похищения, полностью опровергающего традиционную для российских силовиков формулу «нас там не было», фактически вызвало панику у судьи. Несмотря на это, представители силовых структур не явились на заседание — что выглядит, по меньшей мере, странно для органов, якобы не причастных к похищению и его сокрытию.
Дело рассматривала "судья" Гагаринского районного "суда" Наталья Гамимуллина.
Сергея Грищенкова сотрудники ФСБ похитили 6 мая 2025 года после обыска в его квартире в Севастополе. С тех пор семье ничего не известно о его местонахождении и процессуальном статусе.
В течение девяти месяцев ФСБ отрицает свою причастность к исчезновению мужчины. В то же время военная прокуратура Черноморского флота не проводит должной проверки. Жалобы к Главному военному прокурору на бездействие местной прокуратуры возвращаются… в ту же прокуратуру для повторного рассмотрения.
Похищение человека в условиях оккупации является грубым нарушением международного гуманитарного права и может квалифицироваться как военное преступление. Подобные эпизоды системных репрессий против жителей оккупированного Крыма становятся предметом документирования для дальнейшего рассмотрения международными судебными институтами.