.jpg)
Российская война против Украины все сильнее сказывается на аграрном секторе РФ и оккупированном Крыму. Удары по военной и логистической инфраструктуре и блокировка ключевых морских маршрутов усложнили вывоз зерна из Кубани. Вместе с ними в “бан” попали и крымские аграрии, которые зависели исключительно от черноморских и азовских портов.
С какими проблемами теперь столкнется аграрный сектор в оккупированном Крыму и к каким последствиям это
может привести уже в следующем году – читайте в этом материале.
Российская война против Украины все сильнее сказывается на аграрном секторе РФ и оккупированном Крыму. Удары по военной и логистической инфраструктуре и блокировка ключевых морских маршрутов усложнили вывоз зерна из Кубани и фактически ограничили доступ крымских аграриев в черноморские и азовские порты.
Тех, кто вопреки дефициту топлива и его астрономической стоимости, смог убрать свои поля, теперь ждет новый челендж – продать урожай хотя бы за половину от цены своих затрат. Зернотрейдеры никогда не отличались щепетильностью и сбивали цену, пользуясь тем, что все спешат “слить” зерно прямо здесь и сейчас. Но в этом году ценник поверг аграриев в шок. Причем, формально существует защитный механизм, так называемые “закупочные интервенции” при котором если стоимость уходит ниже 13 тысяч за тонну, то пшеницу выкупает государство по этой цене, стабилизируя рынок.
По факту сейчас контракты по тринадцать тысяч на полуострове считаются сказочно выгодными. А так-то большая часть реальных предложений висит в диапазоне от семи до одиннадцати тысяч рублей. И это грозит серьезными убытками многим сельхозпредприятиям, ведь даже самые удачливые фермеры едва ли смогли вписаться в себестоимость ниже двенадцати тысяч рублей за тонну. Уж очень много затрат пришлось на резко подорожавшее горючее. Рассчитывали, вероятно, что хотя бы окупят усилия в ноль через механизм “закупочных интервенций”, но он как-то не спешит подключаться.
Теперь аграрии оказались перед очень непростым выбором – продать сейчас, чтобы окупить хотя бы половину понесенных затрат или загрузить все на элеватор, увеличив расходы еще в полтора раза, но в надежде найти покупателя зимой по более адекватной цене. Второй вариант, однако, доступен далеко не для всех - многие фермеры исчерпали даже кредитные ресурсы и не могут себе позволить существенные расходы на отгрузку в элеваторы. Кроме того, никто не гарантирует, что зимой не сохранится демпинг из-за огромного профицита зерна – лишней пшеницы на полуострове собралось по самым скромным подсчетам 400 тысяч тонн.
Большинство из опрошенных участников зернового рынка уверены, что у российского минсельхоза еще осталось пару недель для того, чтобы исправить ситуацию, но вероятней всего нет на это денег, потому что все ресурсы брошены на войну. Дефицит расходной части бюджета настолько большой, что предусмотренные на стабилизацию деньги давно забрали на другие не менее “горящие” нужды. Если деньги не найдут, то тут фермеры предполагают в равной степени развитие двух сценариев.
По первому - оптимистичному, в правительстве все же сообразят, к чему идет дело и просубсидируют всех, кто потерял урожай из-за дефицита топлива или вынужден был отдать все за половину цены. В зависимости от размеров и формы помощи, это может спасти весь сектор или только отдельных игроков. “Если это будут только льготные кредиты на покупку пестицидов, посевного материала и ГСМ, под будущий урожай, то какая-то часть мелких хозяйств все равно вымрет. Им уже таких “припарок” не достаточно. Этим людям надо платить с каких-то денег налоги, аренду, проценты по ранее взятым кредитам, технику ремонтировать и обслуживать, жить за что-то. Без живых денег они после этого лета не поднимутся”, – считает работник Джанкойской районной администрации, знакомый с проблемой.
Однако, и те, кто имеет собственные резервы, достаточные, чтобы опереться на отдельные “костыли” господдержки, не факт, что захотят снова связываться с зерновыми. Тенденция к переходу на сою, нут, рапс и другие не вполне характерные для Крыма культуры, отмечалась в небольших хозяйствах еще до оккупации Крыма, но потом отсутствие определенности с поливами подтолкнуло многих аграриев обратно к зерновым. Тем более, что раньше не возникало проблем с вывозом, а значит и с ценой за собранные тонны зерна. Однако, по состоянию на сейчас никто не дает ответа, повторится ли следующим летом дефицит ГСМ и какой будет логистика с полуострова. А значит далеко не каждый готов будет засеять озимые и рискнуть снова со следующим урожаем.
Если с внятными и более-менее подходящими к ситуациями мерами поддержки задержатся, то развернется пессимистичный сценарий, который будет включать более или менее массовые банкротства небольших сельхозпредприятий и заметное сужение посевных площадей. Год под “паром” полям, конечно, не помешает, но только тем, которым положено по севообороту. Остальным это пойдет во вред и еще больше усложнит задачу возврата к возделыванию, даже при нормализации остальных условий.
Но главная проблема, безусловно не в почвенных трудностях, а в людях. Отказ от зерновых сегодня – потянет в следующем году за собой резкое подорожание комбикормов для скота и птицы, а значит приведет к сокращению и этой отрасли, которая на полуострове и без того в “полукоматозном” состоянии. Понятно, что перед перспективой подорожания кормов, никто в развитие этого сектора вкладываться не будет, а наоборот, самые предусмотрительные постараются его “зарезать” раньше, чем это станет мейнстримом.
Обвал двух-трех отраслей может привести к росту безработицы в селах и оттоку жителей из крымских сел. Не то, чтобы прям массовый исход, но там и до этого были не лучшие демографические тенденции, а если они усилятся, то агропромышленный комплекс рискует на долгое время утратить не только инвестиционную привлекательность, но и практические основания для развития. Без людей даже в самых идеальных экономических условиях ничего развиваться не будет.
Конечно, это лишь один из вероятных сценариев, от которого можно было бы и отмахнуться, но сельское хозяйство составляет, как ни парадоксально, основу экономики Крыма и любые потрясения, особенно такого масштаба, могут потянуть за собой массу других непредсказуемых последствий.
Павел Буранов для INжир media